Смоленская областная  юношеская библиотека. Мероприятия

Синеглазая женщина входит походкой царицы.
Открываются окна. Горит на закате река.
По вечернему воздуху белая стая стремится,
А она неподвижна. И четки сжимает рука.
Елена Тагер

23 июня поклонники творчества Анны Андреевны Ахматовой отметят очередной день рождения великого поэта. Ее творчество оставило глубокий след в истории русской литературы и культуры в целом. Она прожила необычную, насыщенную жизнь. Жизнь, которая до сих пор будоражит умы и воображение исследователей, поклонников и почитателей ее творчества. Какой же была Анна Ахматова?

Ее внешность стала предметом различных споров: одни утверждают, что у нее экзотическая красота, другие считают, что она не красива. Но все сходятся во мнении, что есть в этом облике что-то таинственное, завораживающее. Георгий Адамович вспоминал: «Нет, красавицей она не была. Но она была больше, чем красавица, лучше, чем красавица.

Смоленская областная  юношеская библиотека. Мероприятия

Никогда не приходилось мне видеть женщину, лицо и весь облик которой повсюду, среди любых красавиц, выделялся бы своей выразительностью, неподдельной одухотворенностью, чем-то, сразу приковывавшим внимание». М.Цветаева, вспоминая Ахматову 1913 года, писала о ней:

 Узкий, нерусский стан - 
 Над фолиантами. 
 Шаль из турецких стран 
 Пала, как мантия. 
   
 Вас передашь одной 
 Ломаной черной линией. 
 Холод - в веселье, зной - 
 В Вашем унынии. 
   
 Вся Ваша жизнь - озноб, 
 И завершится - чем она? 
 Облачный - темен - лоб 
 Юного демона. 
   
 Каждого из земных 
 Вам заиграть - безделица! 
 И безоружный стих 
 В сердце нам целится. 
   
 В утренний сонный час, 
 - Кажется, четверть пятого, - 
 Я полюбила Вас, 
 Анна Ахматова. 

Все, кого связывала с Ахматовой тесная дружба, или те, кто виделся с ней лишь однажды, отмечали одну важную деталь – царственность Ахматовой. Она была во всем: в манере общения, чтения стихов, в жестах, позах, которые она принимала. Эта царственность, хладнокровное спокойствие она сохранила до последних дней жизни. Поднимаясь на сцену читать свои стихи, Ахматова полностью преображалась. Она бледнела, взгляд ее становился пристальным и глубоким, словно она пыталась загипнотизировать слушателей. Ее голос буквально завораживал. Художник Юрий Анненков писал: «Я не помню никого другого, кто владел бы таким умением и такой музыкальной тонкостью чтения, какими располагала Ахматова».

Смоленская областная  юношеская библиотека. Мероприятия

К.Чуковский в своих воспоминаниях также отмечал эту царственную черту Ахматовой. «(…) и в ее глазах, в осанке, и в ее обращении с людьми наметилась одна главнейшая черта ее личности: величавость. Не спесивость, не надменность, не заносчивость, а именно величавость "царственная", монументально важная поступь, нерушимое чувство уважения к себе, к своей высокой писательской миссии.

С каждым годом она становилась величественнее. Нисколько не заботилась об этом, это выходило у нее само собой. За все полвека, что мы были знакомы, я не помню у нее на лице ни одной просительной, заискивающей, мелкой или жалкой улыбки. При взгляде на нее мне всегда вспоминалось некрасовское :

Есть женщины в русских селеньях
С спокойною важностью лиц,
С красивою силой в движеньях,
С походкой, со взглядом цариц...

Даже в позднейшие годы, в очереди за керосином, селедками, хлебом, даже в переполненном жестком вагоне, даже в ташкентском трамвае, даже в больничной палате, набитой десятком больных, всякий, не знавший ее, чувствовал ее "спокойную важность" и относился к ней с особым уважением, хотя держалась она со всеми очень просто и дружественно, на равной ноге». На сколько «на равной ноге» держалась Ахматова с окружающими – вопрос спорный. Известно, что многие ее современники боялись даже знакомиться с Анной Андреевной, т.к. ходили слухи об ее несколько высокомерном, отстраненном отношении к людям. Впоследствии она даже получила прозвище «какаду». Елена Константиновна Галъперина-Осмеркина рассказывала: «Я пришла к ней [Ахматовой]. Вот тут я увидала тот облик Анны Андреевны, который называли, по меткому определению Осмеркина, "какаду" : такая немножко нахохлившаяся, отстраненная от собеседника, с короткими ответами, не подающая реплик, а только дающая ответы. И я даже как-то себя неловко почувствовала. Но немножко погодя мы с ней все-таки разговорились..».

Смоленская областная  юношеская библиотека. Мероприятия

Ахматова, нужно признаться, вполне могла внушать настоящий страх, о чем свидетельствуют многочисленные воспоминания о первой встрече с великим поэтом. Слова «страх», «робость», «оцепенение» и «трепет» встречаются в них довольно часто. Маргарита Алигер так вспоминала эту встречу: «У меня сперло дыхание, и я почти ничего не помню о нашей первой встрече, помню только ее одну … Таково уж было свойство Анны Андреевны…она вытесняла, затмевала всех окружающих… Их словно не было, когда была она». Анатолий Найман, русский поэт, переводчик и мемуарист, отмечал: « Обреченность …излучавшая силу. Как и все, чьи первые визиты к ней я наблюдал потом, я… « вышел шатаясь», плохо соображая что к чему, что-то бормоча и мыча». Существуют и другие примеры подобных первых встреч с Анной Андреевной. Но была ли на самом деле А.Ахматова этаким «драконом в юбке»? Ответ на этот вопрос можно найти в воспоминаниях Г.Л.Козловской, и он отрицателен. «Всегда у людей, впервые знакомившихся с Анной Андреевной, случалось почти всегда одно и то же. В первые минуты и люди почтенного возраста, и молодые, знаменитые и не знаменитые, почти каждый, знакомясь с ней, робел и лишался обычной непринужденности. Пока она молчала, это бывало даже мучительно. <…> Потом мы как-то об этом с ней заговорили, и она сказала (помню почти дословно): “Да, вот почти всегда так, но это случается только с теми, кто слыхал мое имя. Когда же я еду, скажем, в поезде и никто меня не знает, все чувствуют себя со мной легко, свободно. Бабы потчуют меня пирожками и рассказывают, сколько у них детей и чем они болеют. Мужчины запросто рассказывают анекдоты и всякие истории из своей жизни. И никто никого не стесняется, и никто не робеет”. В результате многие, кто дальше первого знакомства не пошел, говорили, что Ахматова надменна и неприступно горда. Мне же кажется, что это был тайный защитный плащ - она совершенно не терпела фамильярности и амикошонства, и при жизни ее это было невозможно. Она хорошо знала, как легко и часто люди склонны это навязывать при первой же встрече. Вот, вероятно, почему ею ставился заслон - как самозащита».

Смоленская областная  юношеская библиотека. Мероприятия

У Анны Андреевны имелась одна отличительная черта: она была абсолютно лишена чувства собственности. С любой вещью Ахматова расставалась удивительно легко, отдавая даже подаренные ее друзьями редкие и не малоценные произведения искусства или украшения. Только несколько предметов не покинули скромного жилища Ахматовой: перстень, который она получила от своего покойного мужа, шаль, подаренная ей известной русской поэтессой Мариной Цветаевой и рисунок Модильяни. Даже книги, за исключением самых любимых, Ахматова, прочитав, отдавала другим. Только Пушкин, Шекспир, Библия, Достоевский и Данте были постоянными ее собеседниками.

В 1964 году, получив премию Таормино, Анна Ахматова купила в Италии подарки всем своим близким и друзьям, потратив на себя не больше двадцатой части этого денежного вознаграждения.

Виктор Ефимович Ардов, вспоминая об А.А.Ахматовой, упомянул об ее неслыханной доброте. «Анна Андреевна была еще необыкновенно добра. Ее сын, Гумилев Лев Николаевич, называл ее старухой-процентщицей, потому что, если она получала где-нибудь деньги, она их как можно скорее раздавала нуждающимся людям, бедным. Она делала подарки кому-то, кормила, кому-то дарила платья, обувь и т.д. А ее соседка по большой квартире на Фонтанке была какая-то работница. Она уходила утром на свою фабрику, а у ней оставался маленький сын, и ребенок был без присмотра, и Анна Андреевна брала на себя заботы об этом ребенке. А работница говорила соседкам по дому (улыбаясь): “У меня нянька мировая”».

Смоленская областная  юношеская библиотека. Мероприятия

Анна Андреевна, если о ком и заботилась, то только не о себе. Вероятно, здесь сказывался все тот же фактор «царственности». По многочисленным воспоминаниям Ахматова просто сидела и ждала, когда кто-то что-то сделает для нее: «если ее покормят, она ела; если никто не приходил, ее не кормили, то она могла целый день просидеть с гордым лицом, положив лебединые свои руки, сосредоточенно о чем-то думая. Поэтому люди, которые к ней приходили, пытались ее окружить заботой, вниманием».

Ахматова старалась доверять людям, считала, что бездоказательно обвинять человека несправедливо. Полина Михайловна Железнова, жившая в одном доме с Ахматовой в Ташкенте в период войны, рассказывала:
«Раньше в этой квартире - рядом с ними, - жили... такой был драматург... Волькенштейн. И у этого Волькенштейна - он был с женой, они тоже были очень странные люди, - и однажды жена заявила, что у нее пропала очень ценная вещь. Весь дом страшно был расстроен. И подозрение пало на одну девушку. Анна Андреевна, услышав об этом, пришла к Волькенштейнам и сказала: "Я уверена, что эта девушка не могла взять никаких ваших вещей. Я за нее ручаюсь. Оцените эту... стоимость вещи, которая у вас пропала. Если мне это будет возможно, то я вам эти суммы верну". Анна Андреевна так настойчиво добивалась, чтобы они искали эту вещь, она так, Вы знаете, волновалась и так нервничала, и случайно взяла банку с какао на столе - и там оказалась эта брошка. И она сказала: "Вот видите, прежде чем кого-либо обвинить, подумайте и поищите. Я рада, что Вы нашли эту вещь, потому что это было бы мне очень тяжело. Это было у меня тяжелым осадком". Вот так».

Об Ахматовой как о поэте существовали разные мнения: кто-то сразу разглядел в ней гения, кто-то считал ее абсолютно никчемным поэтом. Поэтесса Гриневская, прочитав первую или вторую книгу Ахматовой, пришла в ярость, бросила книжку на пол, топтала ее ногами и кричала: «Так писать может только прачка!».

Смоленская областная  юношеская библиотека. Мероприятия

Были те, кто «перешел на сторону Ахматовой» не сразу, например, известный историк литературы, критик Я.Черняк. Поначалу поэзия Ахматовой казалась ему прошлым, «темным царством страстной и по - церковному сжатой печали. Вероятно, Черняк открыл для себя Ахматову лишь в 1940-м, когда из печати вышел ее сборник «Из шести книг». Личное знакомство произошло в военном Ташкенте. В дневнике Якова Захаровича есть записи о двух встречах с Анной Андреевной, где находятся следующие строки: «Ахматова человек исключительной духовности, строгости, чистоты. От всех благ и преимуществ, щедро предлагаемых ей мест­ным руководством, отказывается. «Как я возьму это, когда все мои близкие погибли в Ленинграде». От квартиры отказалась. Живет намеренно трудно. Поза? — Нет, схима». «Читала лирику. Стихи о Ленинграде. О погибшем ребенке, о закопанных в землю статуях Летнего сада. О дальнобойном ленинградском — громе орудия. Удивительные восьмистишия. Лаконизм потрясающий. И сила поэтическая необыкновенная. Слово — как молния, как меч, как старинная важная дверь, закрывающаяся тяжко, как бы навсегда … Как я счастлив, что жизнь подарила мне в душном и знойном городе, переполненном скрежетом войны и бедствий, эту чистую, прекрасную встречу. Еще один высокий взлет души, уже, кажется, разучившейся летать».

Смоленская областная  юношеская библиотека. Мероприятия

Однако некоторые такой аскетичный образ жизни и манеру преподносить себя считали именно «позой». А.Жолковский в своей статье «Анна Ахматова - пятьдесят лет» говорит о том, что Ахматова «жила» так, чтобы постоянно быть в центре внимания, чтобы слава не забыла о ней. «Когда Бродского судили и отправили в ссылку… она сказала : “Какую биографию делают нашему рыжему! Как будто он кого-то нарочно нанял”. А на мой вопрос о поэтической судьбе Мандельштама, не заслонена ли она гражданской, общей для миллионов, ответила: «идеальная». ( А.Г.Найман ). Бродский в дальнейшем полностью оправдал надежды своей наставницы, получив-таки нобелевку, ускользнувшую в свое время от нее самой. Пастернаковский «дубль»- и нобелевская премия, и сопряженная с ней аура мученичества - вызывал у Ахматовой нескрываемую ревность, зафиксированную мемуаристами. «Прогрессивная» европейская премия Этна-Таормина и оксфордская мантия доктора философии могли послужить лишь слабым утешением. Что же обеспечило ее падение в мировую обойму? Звездный час Ахматовой, в разное время немало настрадавшейся от советской власти, пробил полвека назад, в августе 1946 года - в виде Постановления ЦК и доклада Жданова о журналах «Звезда» и «Ленинград». Композиционная четкость поединка поэта с Тираном, частично смазанная участием посторонних (Жданов, Зощенко), проясняется в исторической ретроспективе, восстанавливающей мифологически более убедительную пружину сюжета: «Полагала она также, что Сталин приревновал ее к овациям: в апреле 1946 года Ахматова читала свои стихи в Колонном зале, в Москве, и публика аплодировала стоя. Аплодисменты стоя причитались, по убеждению Сталина, ему одному - вдруг толпа устроила овацию какой-то поэтессе». (Л.К.Чуковская). «По слухам, Сталин был разгневан пылким приемом, который оказывали Ахматовой слушатели. Согласно одной версии, Сталин спросил после какого-то вечера: «Кто организовал вставание?» (Ника Глен ). Вопрос не праздный: вставание действительно требует организации, хотя не обязательно того рода, на котором специализировался Сталин. Уже само признание с его стороны говорит о многом, а его непосредственный вклад в «делание» ее биографии и организацию ее последующей славы был едва ли не более «идеальным», чем в случае Мандельштама. Но, конечно, для того, чтобы играть на одной доске с бесспорным чемпионом по этим зловещим шахматам, нужно было обладать редкой стойкостью, гроссмейстерским мастерством, особой технологией жизнетворчества».

Юлия Фомичева

При подготовке материала использовалась следующая литература:

  • Анненков Ю. Дневник моих встреч
  • Чуковский К.И. Анна Ахматова
  • Анна Ахматова в записях Дувакина - М.: Наталис, 1999.
  • Жолковский А. Анна Ахматова - пятьдесят лет спустя/ А.Жолковский //Звезда.- 1996.-№9.- С.211-227.
  • Ахматова без глянца / сост. П.Фокин. – СПб.: Амфора, 2008. -473с. - (Серия «Без глянца»).
  • Моя Ахматова// Вестник Замоскворечья.- 2000.- 1 ноября(№22)
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Сектор по работе с молодежью
Версия для слабовидящих
Забыли пароль? Регистрация                
Для молодежи
Новости
Мероприятия
Выставки
Статьи
Конкурсы
Презентации
     
Главная Главная Статьи Интересное чтение «Анна всея Руси» глазами друзей и врагов
     

Интернет-опрос

Для чего Вы читаете?
 

Случайное изображение

Новое на сайте

Случайное мероприятие

«Значение искусства в жизни». Мастер-класс Алексея Шкурата

18 октября в Секторе по работе с молодежью Смоленской областной библиотеки для детей и молодежи имени И.С. Соколова-Микитова прошел мастер-класс художника, педагога и писателя Алексея Шкурата для читателей библиотеки и студентов Смоленского педагогического колледжа.

Подробнее ...

Рекламные материалы

Похожие материалы






    Вверх
Сектор по работе с молодежью      
г. Смоленск, пр-т. Гагарина, д. 12/1, тел.: 383-223
Создание сайтов Лобанев В.А. +7 (908) 287 87 99
Цифровое ТВ Портал Культура.рф Портал РусРегИнформ Персональные данные дети Памятные даты военной истории России Яндекс.Метрика
Просмотр данного раздела разрешён в любом возрасте
#fc3424 #5835a1 #1975f2 #119ea9 #0fe971 #051663